Глава 13. Швейцарский сыр

Bocman13-1

Кот Максюта, который не ловил мышей и боялся крыс, появился на тринадцатом корабле после страшного скандала. В один прекрасный день, когда солнце било во все иллюминаторы, перед тринадцатым капитаном положили радиограмму из Главного Морского Управления, от которой он помрачнел, как грозовая туча, готовая пролиться дождём. Но капитан был человеком мужественным, не раз смотревшим опасности в лицо, поэтому дождём он проливаться не стал, а уж слезами и подавно. Просто помрачнел, как туча, и всё!

А уж помрачнеть было отчего. В радиограмме говорилось, что ровно послезавтра на борт надо принять делегацию иностранных капитанов. И не просто принять, а показать в лучшем виде что такое наши моряки и что такое наши корабли. На этом месте в радиограмме стояла жирная точка, больше похожая на кирпич. Хотя чему тут удивляться, когда и точка, и кирпич – знаки препинания!

Скрипнув зубами, тринадцатый капитан вызвал своего помощника, а тот – своего, а свой – боцмана, а боцман – палубную команду, и закрутилась карусель! Матросы, как угорелые обезьяны, прыгали с кисточками в зубах по вантам, или, говоря проще, по тросам для крепления всяких висячих штучек, и красили в белый цвет всё, что должно быть белым, а в синий всё, что должно быть синим. Кроме этого, они подвинчивали и подкручивали всё, что развинтилось и раскрутилось. А ещё они принайтовливали всё, что отнайтовилось, затыкали всё, что оттыкнулось и смазывали всё, что скрипело. А после вахты они подстригали махры на брюках, стирали и сушили тельняшки (для скорости прямо на себе), тёрли пемзой руки и щёки и тренировались перед зеркалом улыбаться пассажирам. Последнее получалось хуже всего, а у некоторых – только когда боцман показывал кулак, похожий на дыню.

* * *

Послезавтра наступило внезапно, хотя его ждали. К борту корабля подошёл белоснежный катер с десятью заграничными морскими капитанами. Капитаны были из разных стран, а один даже из Швейцарии, где и моря-то нет. Зато выглядел он так, словно его всю жизнь трепало штормами.

Боцман незаметно показал кулак, и все матросы заулыбались, на что капитаны одобрительно зацокали языками, а швейцарский даже прокаркал:

– Кар-рашо! Кар-рашо!

Потом гостям показали капитанский мостик, сводили в машинное отделение и на палубу для очень важных персон, а также разрешили по разику погудеть в гудок. Правда, швейцарский ухитрился трижды занять очередь и столько же погудеть.

А потом настал черёд званого обеда. И тринадцатый капитан уже вздохнул с облегчением, но, видно, поторопился. Ведь не зря же у моряков есть пословица: «Не говори «Гоп!», пока не влезешь на топ». Кстати, топ, если кто не знает, это верхушка мачты. А он, наверное, сказал «Гоп!», потому что когда гостей ввели в банкетный зал, то посреди празднично украшенного стола среди бутылок, закусок и белоснежных салфеток, они увидели огромную чёрную крысу, которая лопала сыр.

Конфуз был страшным! Чтобы спасти положение, тринадцатый капитан хотел было выдать крысу за ручную и даже попытался её погладить, но та не захотела выдаваться и, не выпуская сыр из рук, ускакала наутёк. Положение усложнялось тем, что сыр был швейцарским, что ввиду присутствия швейцарского капитана тянуло на международный скандал.

* * *

Но обошлось. Швейцарскому капитану дали ещё немного погудеть, и он успокоился. Зато наш Министр транспорта, наоборот, очень рассердился. Министр транспорта, если кто не знает, это человек, который, кроме пароходиков, командует машинками, железнодорожными вагончиками и самолётиками. Не работа, а мечта! А так как Министр транспорта очень любил купаться в море, то все называли его Адмиралом. Но он ничуть не обижался, потому что и сам себя так называл.

А у всех настоящих адмиралов, чтоб вы знали, очень крутой нрав, потому что они командуют не пароходиками, а грозными военными эсминцами и линкорами. И чтобы оправдать своё прозвище, наш Министр, устроивший по просьбе Президента страны эту показательную экскурсию, пришёл в неописуемую ярость.

Дождавшись, когда гости отчалят, он на персональном вертолётике примчался на тринадцатый корабль и, спрыгнув на палубу, швырнул в тринадцатого капитана чем-то круглым и пушистым.

– Вот!.. Если сам не можешь!.. – прохрипел он. – И чтоб ни одной!.. Кры… кры… кры…

На этом месте Адмирал закашлялся и побагровел, после чего лётчик быстренько запихал его в вертолёт, который тут же подпрыгнул и растаял в небе.

…Так на тринадцатом корабле появился кот Максюта.

* * *

Вообще-то, Максюта к Адмиралу имел отношение косвенное. Адмирал котов не любил. Зато котов любила его собственная жена, из-за чего у них дома коты не переводились. Конечно, если б Адмиралу дали волю, то он бы засунул их всех в торпедный аппарат и запустил куда подальше. Но, к счастью, торпедного аппарата в Министерстве транспорта не было, да и воли ему не давали. А когда супруга Адмирала однажды застукала своего мужа, когда тот целился подушкой в рыжую Матильду, она швырнула в него первым, что попало ей под руку. А попала ей под руку старинная и очень дорогая ваза. Поэтому, собрав в совок осколки, Адмирал стал обходить котов и кошек десятой дорогой.

Но когда на тринадцатом корабле вышел конфуз с крысой, Адмирал не выдержал. Прервав важное совещание в Министерстве, он ворвался в дом, схватил первого попавшегося под руку кота, которым оказался Максюта, вызвал вертолёт и уже через час швырнул ошарашенного такими темпами Максюту в тринадцатого капитана.

Bocman13-2

Этим, как ему казалось, он убил трёх зайцев – покарал виновного, решил крысиную проблему и уменьшил кошачье поголовье в собственной квартире.

Продолжение будет!

Назад