Лет десять назад я пытался заочно учиться в школе журналистики МГУ. Но, бросил, хотя получалось. Почему? А потому, что через все лекции, задания, рефераты, контрольные проходила такая идея: «Что бы быть интересным читателю, нужно сгущать краски!».

А что, собственно говоря, это означает? А означает это, что кого-то нужно чрезмерно похулить. Или наоборот – незаслуженно расхвалить. Метод прост и эффективен! Но, тут мне попалась одна любопытная статья схиигумена Илия из Оптиной пустыни. Краткая суть такова. Жил себе Гениальный Писатель. Но, имел он разные мозговые завихрения (как, собственно и мы все). То одну еретическую идею поддерживает, то другую… И на этих идеях создает свои гениальные произведения… А как человек, он был очень приличный.

И вот, настало время ему умирать. Он исповедался, отказался от своих ересей, причастился и отправился в Мир Иной! Там он, естественно, столкнулся с Истиной и еще больше раскаялся в своих заблуждениях. Но тут, на Земле умер человек, который был в свою очередь прельщен произведениями Писателя. Принимал их лукавство за истину и ставил в принцип своей жизни. Умер без раскаяния и причастия.

Наш Писатель как честный человек взял заблуждение новопреставленного на себя. И пошел вместо него отбывать адскую повинность. Благородный поступок. А куда деваться то? Неблагородные в Раю не уживаются. А он то был жителем Рая.

И тут новое событие – умер еще один читатель. Писатель и за него взял вину… Потом третий помер… четвертый… К тому же на Земле решили переиздать гениальные труды. Вот уже сто лет прошло со дня писательской кончины, а его все переиздают и переиздают. И гениальный яд этих произведений отравляет все новые и новые души. Так и сидит наш гений в аду…

Мораль сей басни такова: НЕ ПИШИ ТОГО, ЧТО УВОЛОЧИТ ТЕБЯ В АД! Поэтому всем, кто уже заточил перо, но еще никого не зарезал, я желаю не написать того, что может уволочь…

Павел Охапко

Прочитал и вспомнил своё давнее стихотворение. На мой взгляд, тут оно будет к месту…

ТЕМА


Художник рисовал сангиной,
Он с детства не любил пастель.
А к вечеру он слег с ангиной
В свою холодную постель.

Задумав натюрморт про дуло,
Он пистолет нашел в столе,
Но сквозняком его продуло,
Который прятался в стволе.

Засохла нежная палитра,
Что столько замыслов таит,
И удивленная пол-литра,
Как девка, целою стоит.

Не разглядел, чудак угрозу,
Когда пустился рисовать.
И тщетно пробует угрозыск
Его убийц арестовать.

Не выбирай себе тотема,
Твой выбор должен быть высок, –
Не то тебя прикончит тема
Прицельным выстрелом в висок.

ЮЛ


Назад