Александр Ткаченко

Лунное затмение

Moon

Часть 1

...А вот друзей–то у Артема и не было. Просто – не было, и все тут. Хотя, вроде бы нормальный мальчишка, ничуть не хуже всех прочих. Ну разве что – очки на носу. Только это ведь ерунда, у других очкариков вон сколько друзей–приятелей. А у Артема – ни одного… Впрочем, сам он считал, что ему просто не повезло: одноклассники попались какие–то… ну в общем, неправильные. Взять хотя бы Сашу с Олегом. Неплохие ребята, но у них только и разговоров – что о своих любимых шахматах – гамбиты, дебюты… Скукота. 

Димка – рэпер. Сидит все время в наушниках, слушает музыку, головой в такт качает. Как китайский болванчик. Андрей – отличник и зазнайка. Толик – вроде бы ничего парень, но туповатый, учится – с двойки на тройку. И лицо у него глупое, как у клоуна. Сеймур – маленький, и по–русски плохо говорит. А Леха с Антоном наоборот – здоровые слишком, и боксом занимаются – лучше от них подальше держаться… Ну и с кем тут можно дружить, скажите на милость?

Правда, еще и во дворе ребята есть. Но с ними у Артема тоже как–то не сложилось: то они в футбол гоняют, то – дерутся с мальчишками из соседнего дома, то – в снежки рубятся, то – с горы на санках. Артем ничего этого не любил. Да и побаивался их, по правде говоря. Когда проходил мимо дворовой компании, старался побыстрее шмыгнуть к себе в подъезд. А то – мало ли что…

Короче, друзей у Артема не было. Но если честно, он этим не особенно тяготился. Не хотят с ним дружить все эти рэперы и шахматисты, ну и не надо. Подумаешь – проблема! Ему и без друзей жилось не грустно. Дело в том, что у Артема был… телескоп!   Да–да, он всерьез увлекался астрономией. На полках у него стояли книжки о звездах и планетах, галактиках, астероидах и еще о множестве таких вещей, про которые не каждый взрослый знает. А вот Артем разбирался во всем этом очень даже хорошо и любому мог объяснить, что такое – черная дыра, а что такое – красный гигант (по секрету скажем, что это – разновидности звезд: только черная дыра – потухшая маленькая звезда, а красный гигант – огромная и горячая). Но книжки – книжками, а смотреть на настоящие звезды без телескопа – мало толку.

И вот, два года назад на день рождения папа подарил Артему телескоп. Маленький, любительский, но самый что ни на есть настоящий. В него можно было рассмотреть полярные шапки на Марсе и кольца вокруг Сатурна, спутники Юпитера и Туманность Андромеды, и еще много–много такого, чего без телескопа никогда не сможет увидеть человек. И все это звездное богатство теперь было доступно Артему! Поэтому, и не переживал он из–за отсутствия друзей. Ведь для наблюдения за ночным небом они не очень–то и нужны. А далеким звездам и галактикам нет никакого дела до того, что с тобой никто не дружит, и ты сам не дружишь ни с кем.

Но однажды, на самом исходе лета с ним приключилась странная история.

Пятиэтажка, где жил Артем, стояла на самом краю города, недалеко от реки. Высокий берег, весь в густых зарослях клена и бузины, круто спускался вниз к песчаному пляжу. За рекой начинались заливные луга, а еще дальше синела узкая полоска леса. У Артема было здесь любимое местечко – небольшая площадка в кустах, над самым обрывом. Люди тут появлялись редко, зато перед глазами и над головой открывался огромный купол неба – как раз то, что нужно было Артему. В тот августовский вечер он стоял на площадке и настраивал телескоп. Еще не стемнело, но луна уже висела над дальним лесом, похожая на огромный желто–красный апельсин. И только Артем собрался прильнуть к окуляру, как вдруг услышал за спиной тонкий голосок:

– Привет! А что ты здесь делаешь?

На площадке стояла девочка, примерно Артемова ровесница. Небольшого роста, худенькая как ивовый прутик, она подошла ближе и с любопытством рассматривала телескоп.

– Да вот… Луну наблюдаю… Сегодня это… Полнолуние… – запинаясь сказал Артем и густо покраснел. Ему еще никогда не доводилось вот так, запросто, разговаривать с незнакомыми девочками.

– Полнолуние? – незваная гостья посмотрела на луну, – Ух ты – и вправду! Слушай, какая же она огромная сегодня! А я бы и не заметила, если б ты не сказал. Спасибо тебе!

Лицо Артема расплылось в довольной улыбке. Он поправил очки и выпалил:

– Хочешь в телескоп на луну посмотреть?

– А можно?

– Конечно. Это же мой телескоп. Сейчас… Только я под себя настроил, а у меня зрение плохое… Вот, смотри сюда, а эту штучку осторожно крути, пока изображение не станет резким.

– Что–то никак, – виновато сказала девочка, не отрываясь от окуляра, – Все какое–то мутное и непонятное.

– Крути еще, только не торопись. Сейчас увидишь.

– Ой! Вижу! Вижу! Ого, ну ничего себе!..

Кто никогда не смотрел на луну в телескоп, тому не понять – что чувствуешь, когда вместо привычного плоского диска вдруг видишь горные цепи и огромные кратеры, бескрайние ложбины лунных морей, россыпи скал и гигантские трещины...

Наконец, вдоволь наохавшись и налюбовавшись, девочка потерла глаза ладошками, повернулась и посмотрела на Артема так, будто именно он соорудил на Луне все это великолепие. Артем опять покраснел.

– Я и не думала, что это так красиво, – тихо сказала она.

– Да, красиво. Только об этом никто не знает. Ну, или почти никто… – От волнения Артем говорил торопливо, словно боялся, что девочка не дослушает и уйдет.

– Просто полнолуние – это еще что! Вернее, это здорово, конечно... Но его можно каждый месяц наблюдать. А вот послезавтра будет полное лунное затмение. Оно бывает только один раз в восемнадцать лет, представляешь!

– Ага. А как это – затмение?

– Оно бывает когда Земля проходит между Луной и Солнцем. Тень от Земли бежит по Луне, освещенная ее часть становится все меньше и меньше, а потом – совсем исчезает. И все это – прямо у тебя на глазах. А когда граница между светом и тенью ползет по поверхности Луны, все горы и кратеры становятся вдруг объемными, начинают отбрасывать тени. Вот это – самое интересное!

– И такое можно будет увидеть уже послезавтра? – восхищенно спросила девочка.

– Да, если погода будет ясная. А потом – только через восемнадцать лет. Это очень редкое явление.

– Слушай, а можно я тоже приду посмотреть?

– Ты еще спрашиваешь! Обязательно приходи.

– Спасибо. – девочка улыбнулась, – А как тебя зовут?

– Артем.

– А меня – Таня.

Вот ни за что не поверил бы Артем, если бы кто–нибудь сказал, что он вот так запросто – вдруг возьмет и познакомится с девочкой.   А смотри ж ты – познакомился! И спокойненько болтает с ней о всякой всячине! И она смотрит на него с уважением, и вроде бы даже с восторгом! И такое красивое у нее имя – Таня!

Лучше этого вечера у Артема в жизни не было. Вдруг сзади затрещали ветки.

– Опаньки! Что тут за штуковина? – на площадку из кустов вышли двое мальчишек. Артем увидел их, и сразу понял, что самый лучший вечер для него закончился. Один был высокий и костистый, словно вешалка, другой – широкоплечий и приземистый, похожий на обезьяну. На этом различия заканчивались. Одетые в одинаковые спортивные костюмы с закатанными по локоть рукавами, коротко стриженные, с одинаково невыразительными лицами, они не спеша приближались к Артему и Тане.

– Гля, Толян – подзорная труба! – высокий щелкал семечки, речь у него была невнятной.

– Угу, – буркнул коренастый, не особо, впрочем, интересуясь «трубой».

– Настоящая? – спросил высокий, у Артема.

– Это не труба, а телескоп, – почти прошептал Артем, глядя в сторону.

– Да ты чё! – высокий сплюнул, и шелуха от семечек прилипла к блестящему корпусу телескопа. – А ну дай гляну.

– Только осторожнее, – попросил Артем, и вдруг заметил, что Тани на площадке уже нет. «Когда она успела сбежать? Вроде бы все время рядом была…А впрочем, это даже к лучшему» – подумал он.

– Ни фига в твою трубу не видно, – заявил высокий, отрываясь от окуляра, – Муть одна.

– Его настраивать нужно.

– Ща, настроим. Толян, ну–ка давай, смотри в аппарат, – высокий схватил телескоп вместе со штативом и начал дурашливо целиться им в своего приятеля.

– Что ты делаешь, его нельзя трясти! Перестань! – в ужасе закричал Артем.

– Чего? – Высокий посмотрел на него так, будто только что увидел. – Это ты мне говоришь? А ну сюда иди быстро!

Артем уже знал, что при таком обороте дел подходить как раз и не следует, а нужно побыстрее уносить ноги. Но сейчас у высокого в руках был его телескоп. Поэтому Артем остался на месте, и лишь заканючил: – Ребят, ну чего я вам сделал? Отдайте, мне его папа подарил.

– Да ты не дрейфь, очкарик. Мы ж не насовсем его берем. Покажем Толяновой сестренке, и вернем сразу. Она никогда в трубу не смотрела. Или что, ты его сестренку не уважаешь? Ребенка хочешь обидеть?

Артем растерянно моргал. Обижать он никого не собирался и хотел только одного: вернуть папин подарок. А мальчишки не торопясь, уходили с площадки с телескопом подмышкой. И Артем вдруг понял, что никогда его больше не увидит.

– А ну стой! – из кустов выскочила запыхавшаяся Таня. В руках у нее была какая-то перекрученная ржавая железяка, длинная и тяжелая.

– Поставь телескоп и уходи, пока цел, – негромко сказала она, глядя высокому прямо в глаза. Голос у нее был тонкий, и сама она тоже была тоненькая, совсем не похожая на супербойца из крутого фильма. Но что-то очень нехорошее и жуткое звучало в этом голосе. Артему стало не по себе.

– Ты что, плохо слышишь? – так же тихо и страшно спросила Таня у высокого.

Тот медленно поставил телескоп на траву:

– Да ладно, чё ты? Мы ж не насовсем, только посмотреть. Вон, спроси у очкастого – он сам разрешил…

Но Таня ничего не ответила. И у Артема спрашивать тоже ничего не стала. Не отводя глаз от лица высокого, она сделала шаг в сторону, освобождая дорогу. Пальцы ее цепко впились в кусок ржавого стального уголка.

Так и не дождавшись ответа, высокий сказал нарочито беспечным голосом:

– Ладно, Толян, пойдем. Нас здесь не поняли.

С независимым видом, мальчишки прошли мимо Тани, будто ничего особенного между ними не произошло. Когда они скрылись в кустах, девочка бросила железяку в траву и перевела дух.

– Уф–ф… Ну и уроды. Хорошо еще, что трусливые.

Таня села на ствол поваленного дерева и зажала руки между коленками. Снизу, от реки тянуло сыростью. Огромная луна висела в небе и светила так ярко, что от деревьев ложились на траву длинные тени.

Артем посмотрел на кусты, в которых скрылись его обидчики. И сказал невпопад:

– А я думал, ты убежала.

– Тут на площадке ничего тяжелого не было. А на пустыре – вон чего нашла, – Таня ткнула ногой железку. – Это папа меня учил: если положение безвыходное – хватай что потяжелее.

– Слушай, а если бы они не ушли? Неужели и вправду бы ударила?

Таня помолчала. Потом ответила:

– Не знаю. Обычно, они все–таки уходят.

– Кто? – удивился Артем. – Эти? Ты их знаешь?

– Нет, другие... Но все равно нужно быть готовым ударить. Тогда они это почувствуют и уйдут. Так папа говорит.

– А кто у тебя папа?

– Офицер.

– А мама?

– Мамы у нас нет.

Девочка отвернулась к реке, и Артем подумал, что зря задал этот вопрос. Но Таня спокойно сказала, не оборачиваясь:

– Мы в военном городке живем, вон там, возле пристани. Папу обещали в Москву перевести, а вместо этого отправили сюда. Мы всего неделю назад приехали. Кроме тебя я здесь никого еще не знаю.

– Ты смелая, – вздохнул Артем. – Я бы так не смог…

– Кто смелая? Я? – Таня посмотрела на него с изумлением. – Да у меня руки до сих пор трясутся с перепугу! Вон, погляди, – она протянула вперед ладони, которые и вправду чуть–чуть подрагивали.

Часть 2

Артем задумался. Потом снял очки, протер стекла платком… И спросил, близоруко щурясь:

– Почему же ты тогда вернулась, если тебе страшно было?

Таня еще удивленнее посмотрела на него. И рассмеялась:

– Ну ты даешь! Я же видела, что ты тоже испугался. Ты один с ними ни за что бы не справился.

– Не справился, – подтвердил Артем. – Но ты-то… Могла просто убежать, и все.

Таня перестала смеяться, посмотрела ему в глаза и очень серьезно проговорила:

– Друзей бросать нельзя. Никогда. Что бы ни случилось. Папа так учил.

Странно было Артему слышать все, что говорила сейчас эта худенькая девчонка. Его еще никто не называл своим другом. И уж тем более – не бросался защищать от хулиганов. Но разве можно подружиться – вот так, всего за несколько минут?

Он уже совсем было собрался спросить Таню об этом, но тут она снова улыбнулась, и уже обычным своим голосом сказала:

– И еще, знаешь, мне очень хочется посмотреть, как тень Земли будет бежать по лунным горам и кратерам. Ты так красиво рассказывал! А эти гоблины утащили бы телескоп, и – прощай лунное затмение! Видишь, как все просто?

– Ага, – Артем тоже улыбнулся. Если честно, он так и не понял, почему Таня не убежала. Но на душе у него было тихо и радостно.

– Ой, слушай, уже ведь поздно совсем! Давай я тебя провожу, а то вдруг они опять пристанут. – Таня вскочила с бревнышка.

– Не нужно, я сам, – сказал Артем, стараясь придать голосу как можно больше мужественности. – Тебе ведь тоже еще домой добираться.

– Ха! Да мне тут вниз по склону – пять минут. И луна светит прямо как днем. Ладно, тогда будь здоров! Я завтра опять приду, ты же вечером будешь здесь?

– Да…

– Ну пока! – и легкая Танина фигурка скрылась в зарослях бузины.

Назавтра Артем с нетерпением ждал, когда же придет вечер. И почем зря ругал себя за несообразительность: ведь мог же предложить Тане встретиться днем! Или позвать ее в гости. Или – напроситься в гости к ней. Хотя… На последнее у Артема смелости вряд ли хватило бы. Но остальное–то мог бы вполне. А теперь вот, сиди и жди, пока луна взойдет…

Солнце еще не село, когда Артем взял телескоп и отправился на берег. Когда он вышел на площадку, Таня уже была там.

– Привет! – улыбнулась она, вставая с бревнышка. – Я вот, пораньше решила прийти. И чего это мы не договорились днем встретиться?

– Здравствуй, – сказал Артем. – А я тебе книжку принес.

– Какую? – удивилась Таня.

– Про лунное затмение. Посмотри – тут все-все рассказано: какие фазы будут, как тень движется по поверхности, фотографий куча, схемы разные.

– Ух ты! – девочка снова присела на ствол поваленной осины и стала листать книгу.

– Это чтоб тебе завтра все понятнее было, когда станешь смотреть в телескоп, – сказал Артем. Но тут Таня вдруг почему-то помрачнела и захлопнула книгу.

– Видишь ли… – проговорила она медленно, будто подбирая слова. – Я как раз хотела тебе сказать… В общем, я завтра уезжаю. Насовсем.

– Как? – растерянно спросил Артем, – Почему?

– Папу все-таки переводят в Москву. Ехать нужно срочно, билеты куплены. Так что лунное затмение я не увижу… Ну да ничего! Папа говорит: что ни делается – все к лучшему. Все-таки это – столица…

Таня говорила что–то еще, но странное дело: голос у нее был бодрый, а глаза такие, словно она вот-вот заплачет.

Артем знал из книжек, что в подобных случаях нужно говорить правильные и красивые слова. Но как назло ничего умного в голову не шло.

– Смотри – луна уже взошла. Хочешь в телескоп посмотреть? – сказал он, чтобы сказать хоть что-нибудь.

– Нет, – ответила Таня. Помолчала, глядя на огромную луну, которая уже поднялась над горизонтом. И сказала:

– Слушай, а ты смог бы завтра прийти… Проводить меня?

– Куда? – спросил Артем, которому еще никогда не доводилось провожать кого-нибудь.

– На вокзал, – Таня повернулась к нему. – Поезд отходит в половине одиннадцатого вечера. Если ты придешь, мне будет очень приятно.

– В половине одиннадцатого? Это значит – в 22-30?

– Ну да. Придешь?

– Понимаешь… Затмение начинается как раз в это время… – промямлил Артем. – Если я пойду на вокзал, то не успею…

– Понимаю, – Таня смотрела серьезно и печально.

– А следующее затмение будет только через восемнадцать лет…

– Да, ты об этом говорил. Ладно… – Таня вздохнула. – Папа просил сегодня не задерживаться. А книжку – возьми. Что толку это все читать, когда по–настоящему увидеть не получится…

– Я ведь не виноват, что у тебя поезд именно в это время, – сказал Артем, отводя глаза.

– Конечно. Просто очень грустно, когда тебя совсем никто не провожает…

Таня медленно пошла к тропинке, петлявшей от площадки на обрыве вниз к реке. У самого края она обернулась:

– Ты все-таки приходи, если сможешь.

И ушла, не дожидаясь ответа.

Весь следующий день Артем думал, как поступить. Обижать Таню ему очень не хотелось, и в любой другой вечер он непременно пошел бы ее провожать. Но сегодня… Ведь лунное затмение он ждал целых два года – с тех самых пор, как папа купил ему телескоп. А с Таней, если не считать вчерашнего короткого разговора, он и знаком-то всего один вечер. Правда, это был очень хороший вечер. И потом, если бы не Таня, то на луну бы ему сегодня пришлось смотреть, разве что – через собственные очки. Но… Разве может настоящий астроном пропустить редчайшее явление из–за пустой прихоти девчонки, пусть даже и такой славной как Таня? Ну что изменится, если он придет сегодня на вокзал? Ровным счетом ничего: Таня все равно уедет, и они никогда больше не встретятся. А вот лунное затмение Артем прозевает на целых восемнадцать лет. Если хорошенько подумать, тут и выбирать нечего. Нужно просто идти к реке и настраивать телескоп. Хотя… А впрочем нет. Никаких «хотя». Как решил, так нужно и делать.

В десять часов Артем уже стоял на площадке. Внизу, над рекой и лугом стелился туман. Луна была как на ладони: в темнеющем небе ни облачка, погода безветренная. Лучших условий для наблюдения и придумать нельзя. Артем установил штатив, протер замшей линзы на телескопе. Потом сел на бревнышко и стал ждать, поглядывая на часы. И вдруг подумал, что Таня на вокзале сейчас тоже смотрит на часы и ждет его.

Артем попытался отогнать эту мысль, но она почему-то никак не отгонялась.

Началось затмение. Граница между светом и тенью медленно ползла по поверхности Луны через горные цепи и огромные кратеры, бескрайние ложбины лунных морей, россыпи скал и гигантские трещины. И было это так красиво, что словами нельзя передать. А на планете Земля, сняв очки и отвернувшись от телескопа, сидел одинокий мальчик. И горько плакал.

Pechal

К автору

Вернуться в ДОМАШНЮЮ БИБЛИОТЕКУ



Добавить комментарий


Защитный код
Обновить