Материалы

15

Жил-был в одной стране один человек… и всё!

Больше про него сказать нечего. А что про него скажешь, если он не открыл комету Галлея, не сочинил девятую симфонию Бетховена, не нарисовал картину Серова «Девочка с персиками» и ни разу не покорил Северный полюс.

К тому же он не умел жонглировать гирями и танцевать лезгинку с ножом в зубах. А то немногое, что он умел, не представляло никакого интереса даже для налоговой полиции.

Одним словом, жил он тихо, как медуза под зонтиком, хотя зачем медузе зонтик, если она всё равно мокрая?

* * *

А звали его Миша, но звали редко, потому что в любой шумной компании Миша был лишним, как огурец в компоте. Тем более что, кроме компота, он ничего не пил, чем нервировал всех, не считая соседей за стенкой. Но так как соседи за столом не сидели, с их мнением никто не считался.

Словом, Миша всюду был незваным гостем, вроде татарина или даже хуже, из-за чего вообще в гости не ходил. Ему и без гостей неприятностей хватало. А когда не хватало, он включал свой старый телевизор, который мог навалить кучу неприятностей по любому каналу.

Вот так Миша и жил со старым телевизором, пока не влюбился. Но если серьёзные люди влюбляются постепенно, оставляя пути к отступлению, то Миша влюбился сразу и наотрез. А случилось это, когда он переключал каналы и вдруг подпрыгнул, словно его ударило током .

Почему подпрыгнул? Да потому, что с той стороны экрана на него глядела только что открытая звезда совершенно неземной красоты.

А почему ударило током? Да потому, что красота – страшная сила!

* * *

На фабрике, где делают звёзды, этой красоте дали заграничное имя Клотильда. Имя Клотильда клокотало как вулкан и делало его обладательницу загадочной и недоступной. Но когда Миша узнал, что по паспорту Клотильда была Клавой, у него появилась надежда. Миша даже купил караоке и начал разучивать Клотильдины хиты, чтобы при случайной встрече поразить её воображение.

Понравилось бы это Клотильде, неизвестно, а вот соседям не понравилось точно. Соседи стучали в стенки и потолки, а бывший морпех Гнобышев из второго подъезда даже настучал по загривку.

Только Миша не сдавался. Он стал петь в подушку, задыхаясь от любви и нехватки кислорода. От этого у него пересыхали губы, что подтверждало мудрую народную частушку:

На горе стоит аптека,
Любовь сушит человека!

* * *

За полгода знойное чувство заставило Мишу похудеть литров на десять. Теперь на нём болталось не только пальто, но и майка, да и самого Мишу на ветру раскачивало из стороны в сторону. Из-за этого полицейские то и дело проверяли документы и забирали Мишу в полицию. А что им оставалось делать, если по документам Миша был пухлощёким, а живьём смахивал на мумию фараона?

Конечно, можно было приналечь на шкварки с вермишелью, но Мише было не до того. Да и где взять денег на вермишель, если любовь требовала шампанского?

* * *

После шампанского любовь потребовала поменять ламповый телевизор на жидкокристаллический, который занимал полстенки, а стоил ещё больше. Зато жидкий телевизор показывал Клаву в натуральную величину и не бился током, когда Миша пересохшими губами целовал экран.

Потом любовь заставила купить автомобиль, без которого подкатить к телезвезде не представлялось возможным. Автомобиль был немного помятым, зато места вообще не занимал. И не из-за того, что был размером с гармошку, а из-за того, что валялся в гараже у одного мастера, который в скором времени обещал сделать из гармошки лимузин.

В довершение всего любовь подбила купить ювелирную коробочку, куда можно положить бриллиант и при первом же удобном случае швырнуть его к ногам любимой.

Увы, ни телевизор, ни автомобиль, ни коробочка Мише не помогли. Ведь Миша жил тут, а его любовь – там, и между ними лежало межзвёздное пространство. К тому же Клотильда каждый день его увеличивала. Когда о ней забывали, она громко разводилась с очередным мужем, или устраивала драку с журналистами, или грозилась родить мальчика от посла недружественной страны.

Словом, звезда сверкала всё ярче, а Миша сох, как носки на батарее.

* * *

Теперь Мишу могло спасти только чудо. И оно случилось! Когда в организме остался последний стакан воды, Миша неожиданно наткнулся на свежую афишу с любимым портретом. От этого он немного сошёл с ума и покрыл афишу поцелуями. А так как она висела довольно высоко, пришлось немного попрыгать.

Напрыгавшись, Миша побежал за билетами. Причём так быстро, что открытия кассы пришлось ждать два дня. Но что такое два дня по сравнению с вечной любовью? Это всё равно что полкило редиски по сравнению с миллионом алых роз.

Чтобы сделать праздник всемирным, Миша купил три билета. Один себе и два по бокам, в расчёте побыть с любовью наедине, не упираясь локтями в соседей. И только необходимость расплачиваться за жидкие кристаллы, переделывать гармошку в Альфа-Ромео и подбирать бриллиант под размер коробочки удержали его от покупки всего зала.

* * *

Концерт начался плавно, то есть с опозданием на двадцать минут. Однако звезда всё наверстала, слегка увеличив скорость фонограммы. Зал восторженно гудел, радостно свистел и взрывался аплодисментами. Но Миша этого не слышал. В его пересохшем организме, словно перфоратор в майскую ночь, шумно тарахтело сердце, заглушая остальные звуки. От этого Мишино зрение обострилось, и он вдруг заметил, как барабанщик подмигнул толстому саксофонисту и, не переставая стучать, показал выбритым подбородком на разгорячённую Клотильду: типа, гляди, как корячится!

Этот вульгарный жест царапнул Мишу до глубины души и даже пронзил навылет. Хотя если разобраться ничем другим, кроме подбородка, барабанщик показать не мог, поскольку остальные части тела были заняты палочками и педалями. Но Мише было не до анатомических подробностей. Хамский подбородок он расценил как покушение на свою любовь и моментально вскипел от гнева. А так как воды в нём почти не осталось, то перегретый пар в поисках ближайшего выхода ударил в голову. Голова клацнула зубами, и Миша бросился вперёд.

Он ворвался за кулисы, сметая подпевку и подтанцовку, и неизвестно, чем бы дело кончилось, если бы опомнившиеся охранники не завязали его морским узлом и не прислонили к стенке.

* * *

Там он и стоял, пока не раздались аплодисменты и в закулисное пространство не влетела сияющая звезда, чтобы прицепить хвост для песни про русалку, которая так полюбила водолаза, что перекусила кислородный шланг.

– Клава, а чё с этим чудиком делать? – лениво процедил самый квадратный охранник. – Вроде к тебе бежал, а у самого ни цветов, ни пистолета…

– Штырь, не грузи! – поморщилась звезда. – Я тебе деньги плачу, вот и решай вопросы. У меня этих чудиков полный зал, а ты с одним разобраться не можешь…

– Выходите за меня! – вдруг пискнул Миша, понимая, что это его последний шанс.

– Чего? – переспросила красавица с наполовину натянутым хвостом.

– Я вас люблю! – объяснил Миша и, чтобы ни у кого не осталось сомнений, добавил: – А барабанщик – хам! Вы пели, а он подбородком сзади показывал! Вот так...

Изобразить хамский подбородок Миша не успел, потому что был сбит с ног профессиональным хуком в глаз. Но самое удивительное, что бил не квадратный Штырь и даже не барабанщик, а сладкоголосая звезда. Хотя чего тут удивительного, если Клотильда обладала Клавиным ударом, который коня на скаку остановит вместе с тачанкой и пулемётом.

А ударила она, потому что барабанщик уже три месяца был её новым мужем, и Клаву, то есть Клотильду, очень расстроил факт подбородка. Впрочем, она давно подозревала барабанщика в шашнях с подпевкой и подтанцовкой, но никак не могла поймать его на горячем, а тут какой-то дурик во всеуслышание…

В общем, заехала Клотильда Мише в глаз и пошла петь про водолаза, стараясь не поворачиваться к барабанам спиной. Но как ни странно, в результате все оказались в выигрыше:

1. Народ услышал песню, в которую Клава вложила столько жара, будто выступала в Ковент-Гардене перед принцем Уэльским.

2. Барабанщик временно остался жив, потому что предназначенный ему хук принял на себя влюблённый Миша.

3. От удара в глаз Миша моментально прозрел и увидел, что Клава в жизни – это совсем не то, что Клотильда в телевизоре. Потому что на экране она сияла и лучилась, а в жизни пахла табаком и джином…

* * *

В общем, не засох Миша от любви. Да и не мог засохнуть! Ведь засыхают не от любви, а от влюблённости. Потому что влюблённость – это знойный ветер пустыни, а любовь – это небесный дождь, дающий силу побегам.

Но чтобы это понять, Мише надо было встретить Машу. И он её встретил, только не в телевизоре, а в больнице, куда попал из-за крайнего истощения организма.

Да и Маша туда попала по той же причине. Ведь она уже полгода сохла по модному артисту героической наружности, пока не высохла, как школьный гербарий. Так что теперь на Маше болтался не только больничный халат, но и больничные тапочки.

* * *

Стоит ли говорить, что не познакомиться Миша и Маша не могли. Вот они и познакомились в очереди на уколы. А когда узнали друг про друга всё, то всё равно не могли наговориться. Неудивительно, что когда их выписали, они продолжали говорить по телефону, потому что жили далеко. А через год они сыграли свадьбу, чтобы говорить вблизи.

А когда всё сказали, новые темы подбросили дети. А потом – внуки. А потом – семейный альбом, который они листали в длинные зимние вечера.

С годами в альбоме накопилось много фотографий, но есть одна любимая. На ней худые Миша и Маша стоят в больничном коридоре и держатся за руки, чтобы не упасть от сквозняка.

И хотя Миша так и не открыл комету, любовь от этого не засохла.

Потому что любви на такую чепуху наплевать!

Комментарии   

 
0 #1 Ирина 24.09.2021 17:01
Суперпозитив в конце напряженной рабочей недели! Автор! С каждым днем я тебя и твои произведения люблю все больше! Почти как Маша Мишу!
-------------------
А я тебя люблю, как Миша Машу!

Дядя Юра
Цитировать
 

Добавить комментарий